Особенности реализации результатов оперативно-розыскной деятельности в современном уголовном процессе Российской Федерации

SPECIFIC FEATURES OF IMPLEMENTING RESULTS OF OPERATIONAL-INVESTIGATIVE ACTIVITIES DURING PRESENT-DAY CRIMINAL PROCEEDINGS IN RUSSIA



А.С. Виноградов
О.Г. Часовникова
A.S. Vinogradov
O.G. Chasovnikova
anvin80@inbox.ru
chasovnikova-og@mail.ru
доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин, Государственный институт экономики, финансов, права и технологий, кандидат юридических наук
старший преподаватель кафедры уголовного процесса Санкт-Петербургского университета МВД России, кандидат юридических наук
an Associate Professor at Criminal Law Department, State Institute of Economics, Finance, Law and Technologies, PhD in Law
a Senior Lecturer at Criminal Procedure Department, Saint-Petersburg University of the Russian Interior Ministry, PhD in Law
г. Гатчина
г. Санкт-Петербург
Gatchina
Saint-Petersburg

Ключевые слова:

  • оперативно-розыскная деятельность
  • результаты
  • доказательство
  • оценка сведений
  • доказательственное право
  • Keywords:

  • operational-investigative activities
  • evidence
  • results
  • information assesment
  • law of evidence
  • В статье исследуются некоторые особенности реализации результатов оперативно-розыскной деятельности в современном уголовном процессе Российской Федерации, определяется их значение в системе уголовно-процессуальных отношений.
    Авторы высказывают критическую позицию относительно правоограничительного характера положений, сформулированных в статье 89 УПК РФ относительно регламентации статуса результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном судопроизводстве и предлагают пути его законодательного совершенствования на основе анализа соответствующих норм УПК РФ и закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

    The articles focuses on implementation of the results of operational-investigative activities as well as on their specific featurers during contemporary criminal proceedings in the Russian Federation, defines their meaning and sense in the system of criminal procedural issues.
    The authors express critisizm over legal restrictive nature of some provisions of art. 89 of the Russian Code of Criminal Prosedures with regard to regulation of the status of operational-investigative activities results in criminal court proceedings and offer the way how to develop it by law on the basis of the analysis of appropriate legal regulations and the Law on "Operational-Investigative Activities".

    Обзор статьи

    Оперативно-розыскная деятельность (ОРД) – мощное и эффективное средство получения информации о подготавливаемых, совершаемых и совершенных преступлениях, лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших преступления и скрывшихся от органов дознания, следствия и суда. Одной из задач уголовно-процессуальной теории является разработка таких предложений и рекомендаций, а также создание таких правовых норм, которые способствовали бы легальному использованию результатов этой деятельности в уголовном процессе. Проблема разграничения норм, регламентирующих легализацию результатов ОРД, между этими отраслями права, судя по литературным источникам и материалам изучения практики деятельности органов уголовной юстиции, продолжает оставаться актуальной. В УПК РФ [1] нормы об ОРД, в отличие от его предшественника – УПК РСФСР, «изолированы» от правил о компетенции органов дознания и сосредоточены в двух статьях – в п. 36.1 ст. 5 «Основные понятия, используемые в настоящем кодексе» и в ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности». (Упоминание о проведении оперативно-розыск-ных мероприятий содержится также в п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ в связи полномочиями следователя давать обязательные для исполнения письменные поручения органу дознания, а о розыскных мерах – в ст. 210.) В контексте уголовно-процессуаль-ного исследования целесообразно найти ответы на следующие вопросы:
    1. Нуждается ли ОРД в регламентации в УПК РФ, и если да, то в какой степени?
    2. Совершенны ли в этой части нормы УПК РФ?
    По первому из поставленных вопросов хотелось бы высказать следующую точку зрения: несмотря на наличие в российском законодательстве такой его отрасли, как оперативно-розыскная, закрепление в разделе 3 УПК РФ «Доказательства и доказывание» самого факта существования такого информационного источника, как результаты ОРД, не только желательно, но и целесообразно. Что касается разъяснения понятия «результаты оперативно-розыскной деятельности», включенного в ст. 5 УПК РФ в 2003 г. (п. 36.1), то оно не вызывает нареканий, даже несмотря на то, что это словосочетание встречается в тексте Кодекса лишь один раз – в названии и в тексте ст. 89 УПК РФ. Основная претензия к существующей ныне формулировке, содержащейся в ст. 89 УПК РФ «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности» – ее запретительный характер. «В процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-ро-зыскной деятельности», – такими словами изложена диспозиция закрепленного в ней правила [1].
    Кроме того, из формально-догмати-ческого (т.е. буквального) толкования анализируемой статьи должно следовать, что результаты ОРД могут использоваться в уголовном процессе лишь в статусе доказательств. Это положение не в полной мере соответствует действительности. Возможности использования результатов ОРД (например, в следственной тактике, в криминалистической методике) более широкие. В условиях существования развитого легального законодательства ОРД, основным предназначением которой является информационное обеспечение уголовного судопроизводства, не было никакой необходимости для правоограничительной формулировки названной статьи. На наш взгляд, и сегодня нет препятствий для создания ее новой редакции, которая носила бы дозволяющий характер. Отдельные пожелания законодателю и даже конкретные формулировки новой редакции ст. 89 УПК РФ неоднократно высказывались в отечественной литературе. В формате статьи остановиться на многих из них не представляется возможным.
    Другой вопрос – это проблема совершенствования документирования результатов ОРД, которая всегда пребывала и остается в поле зрения не только процессуалистов, но и специалистов с области теории и практики ОРД. Однако вернемся к содержанию ст. 89 УПК РФ.
    Имея ряд редакционных замечаний, наши претензии к предложенной законодателем формулировке заключаются в следующем:
    1. Правила оценки сведений, допускаемых в уголовное судопроизводство в качестве доказательств, изложены в ст. 17 и 88 УПК РФ и не нуждаются в дублировании применительно к отдельным видам источников доказательственной информации.
    2. Закон «Об оперативно-розыскной деятельности» [2] (далее – закон об ОРД) не устанавливает способы, порядок и форму документирования результатов ОРД. Более того, в ряде его норм (ст. 4, 10, 11) прямо записано – организация оперативно-розыскных мероприятий должна осуществляться на основании ведомственных нормативно-правовых актов, издаваемых органами, осуществляющими ОРД. Исключение сделано для фонограмм и бумажных носителей записей телефонных и иных переговоров: в ч. 5 ст. 8 Закона об ОРД говорится о том, что они «передаются следователю для приобщения к делу в качестве вещественных доказательств» [2].

    Список использованной литературы

    1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 г. № 174-ФЗ (с изм. и доп.) // Российская газета. 2001. 22 декабря. № 249.
    2. Федеральный закон Российской Федерации от 12.08.1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (с изм. и доп.) // Российская газета. 1995. 18 августа. № 160.

    РФ, Ленинградская область, г. Гатчина, ул. Рощинская, д. 5 к.2