Вина и риск в субъективной стороне состава гражданского правонарушения

GUILT AND RISK IN THE MENS REA OF THE CIVIL OFFENCE



Ю.С. Алексеева
А.В. Кузьмин
J.S. Alekseeva
A.V. Kuzmin
alexus606@gmail.com
ak78rus@gmail.com
доцент кафедры гражданского права и процесса Санкт-Петербургского университета технологий управления и экономики, кандидат юридических наук
Президент ООО «Международный центр правовосстановления», кандидат юридических наук, доцент
Associate Professor, the Department of Civil Law and procedure, Sint-Petersburg University of Management Technologies and Economics, PhD in Law
President, OOO International Center of Rights Restoration, Saint-Petersburg, PhD in Law, Associate Professor
г. Санкт-Петербург
г. Санкт-Петербург
St. Petersburg
St. Petersburg

Ключевые слова:

  • юридическое лицо
  • основания юридической ответственности
  • обязательство
  • вина
  • юридический риск
  • возмещение убытков
  • гражданское правонарушение
  • Keywords:

  • entity
  • the basis of legal liability
  • obligation
  • guilt
  • legal risk
  • compensation for damages
  • civil offense
  • Общая постановка проблемы предопределяется неоднозначностью высказанных в научной литературе мнений относительно условий и оснований установления обязанности субъекта, нарушившего договорное обязательство, возместить убытки. Чаще всего, такую обязанность расценивают как одну из форм гражданско-правовой ответственности за совершенное правонарушение. Как показывает практика, не всегда возмещение убытков по действующему законодательству является следствием правонарушения и виновного поведения лица, причинившего вред. Оба отмеченных обстоятельства неразрывно связаны с использованием в юридической теории и правоприменительной практике юридической конструкции состава правонарушения.
    В статье представлен анализ особенностей вины в структуре гражданского правонарушения, определено соотношение вины и имущественного риска как основания гражданско-правовой ответственности.
    Авторами проведен анализ различных концептуальных подходов к доктринальному толкованию условий и оснований ответственности в договорных обязательствах. Аргументирована несостоятельность выводов некоторых исследователей о возможности возложения гражданско-правовой ответственности при отсутствии вины должника. Сделан вывод о возможности замены в структуре гражданского правонарушения вины институтом «неоправдавшегося риска» – это позволит сформировать малоуязвимую юридическую конструкцию состава гражданского правонарушения, которая будет выступать основанием гражданско-правовой ответственности за виновное или «неоправданно рискованное» деяние.

    As the title implies the article describes the general statement of the problem which stems from the ambiguity of opinions expressed in the academic literature with regard to conditions and grounds for establishing liability of the entity that breached contractual obligation to indemnify for losses. Most commonly this duty is considered one of the forms of civil liability for the offense committed. As practice shows, compensation for losses under the current legislation is not always a result of the offense and guilty behavior of a person who caused the harm. These circumstances are both inextricably linked with the use in the legal theory and law enforcement practice of the legal construction of the offense.
    The article presents analysis of the specifics of guilt in the structure of a civil offense with the guilt and property risk ratio as the basis of civil liability being determined.
    The authors have analyzed various conceptual approaches to the doctrinal interpretation of conditions and grounds for liability in contractual obligations. The inconsistency of conclusions made by some researchers with regard to the possibility of imposing civil liability in the absence of the debtor's fault is argued. The conclusion is made that it is possible to replace guilt in the structure of a civil offense with an institution of "unjustified risk" - this will allow to form a less sensitive legal construction of the civil offense that will constitute the basis of civil liability for the guilty or "unreasonably risky" act.

    Обзор статьи

    Общим правовым основанием гражданско-правовой ответственности выступают нормы главы 25 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) [4]. Кроме того, каждый отдельный вид обязательств, предусмотренный ГК РФ, предполагает возложение ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение соответствующего обязательства. Наряду с положениями ГК РФ, регламентирующими меры юридической ответственности за неисполнение обязанностей субъектами правоотношений, входящих в ту или иную сферу регулирования, содержатся они и в других федеральных законах. Отдельные виды санкций за совершение правонарушений в сфере предпринимательства, в частности, предусмотрены Законом РФ «О защите прав потребителей» [3], Уставом железнодорожного транспорта Российской Федерации [1] и др.
    Общие положения об основаниях гражданско-правовой ответственности распространяются и на юридические лица и предопределяются тремя статусообразующими факторами такого субъекта: как коллективного субъекта; как юридического лица; как носителя определенной организационно-правовой формы. Так, согласно ст. 56 ГК РФ, юридическое лицо самостоятельно отвечает по своим обязательствам всем своим имуществом. При этом участники (учредители) юридического лица не отвечают по его обязательствам, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам его участников (учредителей), кроме случаев, установленных учредительными документами и законом.
    Такие случаи параллельной, дополнительной ответственности участников юридического лица по его обязательствам зависят от особенностей его организационно-правовой формы. Отмеченная привязка характерна, в частности, для хозяйственных товариществ. В отдельных случаях на это влияет форма собственности и определенный правовой режим имущества юридического лица. Например, за долги казенных предприятий, при недостаточности у них в распоряжении соответствующих средств для расчетов с кредиторами дополнительная ответственность возлагается законом на государство, субъекты Российской Федерации или муниципальные образования как на учредителей-собственников в лице органа, в сферу управления которого оно (предприятие) входит. Это предусмотрено ст. 7 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» [2].
    Однако, как показывает практика, не всегда возмещение убытков по действующему законодательству является следствием, во-первых, правонарушения и, во-вторых – виновного поведения лица, причинившего вред. Оба отмеченных обстоятельства неразрывно связаны с использованием в юридической теории и правоприменительной практике юридической конструкции состава правонарушения.
    В этом смысле вряд ли может быть оспорено суждение о составе правонарушения как научной юридической конструкции, «которая выводится логическим путем из норм юридической ответственности и характеризует правонарушение с четырех сторон, выполняя тем самым служебную роль в процессе квалификации, выступающей частью процесса применения норм права» [7. С. 14]. Что же касается отправных постулатов юридической ответственности, её аспектов общего плана, то здесь следует отталкиваться от теоретических обобщений и выводов, уже сформулированных в научной литературе соответствующей проблематики в той мере, в какой они не вызывают возражений.
    Однако в цивилистической доктрине по этому поводу нет единства мнений. Так, В.К. Мамутов, отмечая, что «в принципе эти элементы можно считать общепризнанными, они свойственны, по-видимому, не только составу гражданского правонарушения, а составу правонарушения вообще, наличие всех названных элементов не всегда обязательно – ответственность может иметь место и при «неполном комплекте элементов». В частности, независимо от вины обязанного лица по факту неисполнения обязательств, нарушения обязанностей [8. С. 248–249]. Еще дальше идет Н.А. Чиндяскин, полагая, что «основанием гражданско-правовой ответственности является только нарушение субъективного гражданского права, а вина, убытки (вред) и причинная связь между нарушением субъективных гражданских прав и убытками (вредом) должны рассматриваться в качестве дополнительных условий возникновения гражданско-правовой ответственности, установленными законом для отдельных видов правонарушений». Далее он делает категоричный вывод: «Предложенная выше конструкция, по нашему мнению, хорошо вписывается в логику российского гражданского права и позволяет отказаться от ненужного цивилистике понятия «состав гражданского правонарушения» [11. С. 79].
    Таким образом, вопреки выводам общей теории права, теоретический смысл и практическое значение понятия правонарушения и юридической конструкции его состава вышеуказанными авторами неоправданно выхолащиваются посредством, в частности, исключения из них такого элемента, как «вина правонарушителя» – правонарушение, его состав сводятся лишь к объективной стороне правонарушения, с чем трудно согласиться. Здесь актуальной выглядит позиция Д.А. Липинского и А.А. Мусаткиной, которые указывают, что «возрождение и развитие концепции деления права на частное и публичное не дает оснований для пересмотра конструкции состава правонарушения, являющейся универсальной и применимой во всех отраслевых юридических науках, в том числе и в гражданском праве» [7. С. 14].

    Список использованной литературы

    1. Федеральный закон от 10.01.2003 г. № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» (ред. от 18.07.2017 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. № 2. Ст. 170; 2017. № 30. Ст. 4457
    2. Федеральный закон от 14.11.2002 г. № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (ред. от 29.12.2017 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 48. Ст. 4746; 2018. № 1. (Часть I). Ст. 54.
    3. Закон РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (ред. от 01.05.2017 г.) // Российская газета. 1996. 7 апреля; 2017. 3 мая.
    4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г. № 52-ФЗ (ред. от 29.12.2017 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 32. Ст. 3301; 2018. № 1 (Часть I). Ст. 43.
    5. Гражданское и торговое право капиталистических государств. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Междунар. отношения, 1993. 560с.
    6. Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Ленинград: Изд-во ленинградского гос. ун-та, 1955. 311 с.
    7. Липинский Д.А., Мусаткина А.А. Является ли четырехэлементная конструкция состава правонарушения общетеоретической? // Юридическая наука и правоохранительная практика. 2017. № 2 (40). С. 8–15.
    8. Мамутов В.К., Знаменский Г.Л., Хахулин В.В. [и др.]. Хозяйственное право / под ред. В.К. Мамутова. Киев: Юринком Интер, 2002. 912 с.
    9. Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов: изд-во Саратовского университета, 1973. 456 с.
    10. Чёрная О.О. Организационно-правовой механизм защиты прав и законных интересов субъектов метеорологического обеспечения гражданской авиации: дис. … канд. юрид. наук. М., 2016. 207 с.
    11. Чиндяскин Н.А. О месте понятия «состав гражданского правонарушения» в теории гражданского права // Пробелы в российском законодательстве. 2012. № 14. С. 76–79.
    12. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. Т. 1.: М.: Изд-во «Статут», 2005. 461 с.
    13. Bundesgesetz betreffend die Ergänzung des Schweizerischen Zivilgesetzbuches (Fünfter Teil: Obligationenrecht). URL: https://www.admin.ch/opc/de/classified-compilation/19110009/index.html (дата обращения: 12.01. 2018).
    14. Code civil. Version consolidée au 3 janvier 2018. URL: https://www.legifrance.gouv.fr/affichCode.do?cidTexte=LEGITEXT000006070721&dateTexte=20180211 (дата обращения: 12.01. 2018).

    РФ, Ленинградская область, г. Гатчина, ул. Рощинская, д. 5 к.2